Проект «Библиотечные посиделки»: «Всё начинается с нас»

 

 

«Всё было когда-то, наверное,
И было уже сотни раз.
На этой земле мы не первые,
Но всё начинается с нас.»

Искандер  Фасхутдинов.

 

 

Жизнь…Такое короткое слово, а вмещает в себя вечность, целое столетие, за которым стоит человек. Да, как говорится: «Жизнь прожить не поле перейти». Сегодня все  наши пути – дороги ведут в сельский дом, где живет Нина Александровна Строгонова. В селе Макарово все знают — кто она, кем работала, где живет. А вот многого из жизни Нины Александровны, конечно же, не ведают. Вот об этом и пойдет сегодняшний разговор. Вместе с Н.Д.Пудовой  мы вошли в  большой деревянный  дом, где уютно расположившись в кресле, мы увидели  ее, нашу героиню: добрые глаза устремились на нас.

 

P1170179 - копия

Свой рассказ Нина Александровна начала с детства: «Родилась я в 1924году в селе Заречье Владимирской области. Это в четырех километрах от Боровково. Наше село стояло на границе Владимирской и Московской области. Граница проходила по реке Шерне. Село огромное, до четырехсот дворов. Родилась я в 1924 году. Родители мои – крестьяне. Папа – Мурашкин Александр Афанасьевич, мама – Копина Антонина Дмитриевна. Вся тяжесть в семье легла на мамины плечи. В первый класс пошла рано, не было мне и семи лет. На будущий год первый класс не набирался, а брали в школу тогда с восьми лет. Мне же хотелось учиться с подружкой. В деревне мы были первыми ласточками, кто получил образование. Мы по-серьезному относились к учебе, уделяли много времени, даже иногла зубрить приходилось, чтобы выучить урок, не ударить в грязь лицом перед подругой. Учеба — первостепенное дело, но и дома старались помочь. В наши обязанности входил обязательный полив огорода. Многому нас научила бабушка: как правильно мыть стены, тогда их не клеили, мыть полы — натирали теркой, измельчали кирпич, иногда брали песок или можжевельник. Что ж вам рассказать бы еще интересного? Хоть и была я малышкой в то время, а ясно помню коллективизацию. Конечно, такого слова я тогда не знала, а вот события запомнились. Мне тогда было пять – шесть лет. Дедушка мой не хотел вступать в колхоз. Семья так и осталась крестьянской. В колхоз вступали самые бедняки, их называли лодырями. Передо мной очень ясно такая картинка встает: женщины в красных косынках идут сушить сено, строем с песнями. Трудно, конечно, очень жилось в деревне, особенно тем, у кого не было коровы. И вот шесть человек: трое колхозников, трое единоличников (те, кто не вступил в колхоз), поехали в Тулу покупать коровушку — кормилицу. Купили. Возвращаясь обратно, на границе Тульской и Московской области корову отбирают и возвращают в колхоз. Колхозникам выплатили какие-то копейки, а мы остались и без денег, и без коровы. Голод. Мы переехали в совхоз. Нам выделили барачного типа жилье, корову. Мама стала работать на ферме. Прожили мы четыре года там. Но домой-то страх как хочется. Мы вернулись в свое родное Заречье. В колхоз так и не вступили. Беднота, выжить было трудно. Работали за палочки. До советской власти деревня была богатая — много фабрикантов, у которых были свои фабрики, больницы, школы, клубы, артели. Все принадлежало им. Плюш, бархат, производимый ими – все шло на экспорт. Производство было поставлено широко. Все фабриканты общались друг с другом, с Морозовскими фабриками — не каждый богач смог вывозить свой товар сам. Благодаря фабрикантам, в деревне было очень много икон. Их продавали от церкви. Всем детям, а нас пятеро в семье: я, Леша, Капа, Люда, Валя — мама дала по иконе. В совхозе жизнь была совсем другая. Работала пионерская и комсомольская организации. Будучи пионеркой, всем коллективом мы шефствовали над фермой. У каждой из нас был свой теленок. Утром вставали рано и шли поить, кормить, помогать ухаживать за телятками. Было много кружков важных. По душе мне пришлось пчеловодство. Я хорошо разбиралась в этом. В 1937 году мы вернулись из совхоза, и седьмой класс я заканчивала в Ново – Сергиевской школе. Лида и Зоя, мои подружки, с которыми мы поехали поступать в Ногинское педучилище. Автобусы не ходили. Добирались мы на грузовой машине. Ехали в кузове. Попутчиком оказался учитель истории. Наслушавшись его баек о том, как плохо работать в школе, мы решили поступать в медучилище. И поступили. Нас приняли с распостертыми руками. Но приехав домой, родители не обрадовались и поехали забрать документы обратно. Мои и Лиды документы отдали, а Зое не вернули. Мы с подружкой стали учиться в педучилище. Много студентов было из Орехово- Зуево, Глуховских. Эти-то, были боевые, ядро класса, часто отстаивали свои права, хулиганили. Парты были с дыркой для чернильниц, с прорезями для ручек. Валентина Ивановна, наша преподавательница, увлеченно рассказывала, и в это время любила держаться за парту. А озорники только того и ждут. Нальют заранее чернила, она схватится за парту, вся перепачкается. Конечно, смех, озорство. Дружила я и со старшей сестрой Лиды – Валей. С ней я заканчивала третий курс педучилища. Отдыхать было особо некогда, время уходила на учебу, да и старались не обременять семью лишними расходами и заботами. Лида стала подрабатывать летом в детском саду, встретила свою любовь, уехала в Германию.
У Зои судьба сложилась иначе. По распределению она попала в Воскресенский район. Началась война. Закончив медучилище, попадает на фронт. Долго не было никаких вестей от нее. Думали, что погибла, но в 1946 году пришло письмо. Она жива. Была в Америке, в числе пленных. Познакомилась с инженером Сашей с Истомкино. Вышла замуж. Впоследствии вернулась на Родину, и еще не один годок работала на благо людей в Ногинской больнице.
Война… На долю моего поколения выпала одна из самых страшных войн. У большинства людей она отняла детство, у других – молодость, у многих – жизнь. Как страшно и больно было за наших людей. Хоть бы маленькую капельку помощи какой-то можно было бы оказать. И молодые, и старики — все готовы были на любой боевой поступок. 1940 год. Огромная нехватка учителей. В педучилище обращаются с просьбой: лучших студентов отправить в районные школы. Я попадаю в начальную школу в Ботово. Там проработала два года. А в феврале 1942 года меня направили заведующей школы в Макарово.

Первый выпуск в новой школе.

Школа тут была двухкомплектная. До меня работали прекрасные педагоги. Это Владимир Иванович Чемесов – заводила, с первых дней войны ушел на фронт. Мария Ивановна Иванова, Зинаида Павловна Ильина, Мария Дмитриевна Полукарова тоже работали в Макаровской школе. Зинаида Павловна уехала в Кольчугино, вышла замуж за военного. В Макарово уже не вернулась. Все бразды правления были переданы мне. Я стала преподавать во 2-4классах, а 1-3 классах работала Мария Дмитриевна Полукарова. Посещали школу дети из сел Макарово, Ивановское, Горячевка, Якушово. Семьи были большими, детей было не менее пяти человек. Сельская школа была многочисленная — около восьмидесяти человек. Самыми воспитанными учениками были Горячевские, а молодежь — из Якушово. Это небольшая деревенька, всего 11дворов. Руководил всем Петр Сергеевич Зотов. Очень грамотный, культурный сам, да и детки его сын и две дочери. Тася, дочка — отличница. Работала учителем вместе с подругой Настей Калашниковой, еще учась в школе, учителей-то не хватало. Впоследствии Настя стала учителем, а Тася, правда, выбрала другую профессию. Работать в школе было интересно, но трудно. Да, вспомнила про то, как мы провожали домой детей после занятий. Баловались детки. Один день наступали Макаровские на Якушовских, а другой день задирами были Якушовские. А однажды мы с Машей пили чай на большой перемене. Звонок на урок. Вхожу в класс и вижу: все парты стоят лесенкой за печкой. Тут я расплакалась, поехала в ГОРОНО, хотела уйти из школы, но уговорили. Осталась и нисколько в дальнейшем не пожалела. Разное случалось в школе. Отдельной раздевалки у нас не было. Вешали пальто в коридоре. Собираешься домой, пальто набрасываешь, а пуговиц-то нет, все обрезаны. Иди, как хочешь, по деревне. Как сейчас помню: вышел закон, что при встрече дети должны снимать шапку и делать поклон. Горячевские с удовольствием это делали, а Макаровские, особенно Лелька Завьялов, с иронией. Но этот закон был быстро отменен. А у кого-то и без закона, в крови было, при встрече снять шапку и поклониться. Дядя Гриша Горячев так всегда встречал людей. В1928 году постройку из Каблукова перевезли в Макарово. Школа была на горке. Топилось здание дровами, были печки голландки. Техничкой в школе была тетя Дуня Молчанова. Получала за свою работу двадцать семь рублей. В 1954 году перешли в городок, воинскую часть.

ллл

Хочу немного рассказать о войне, об этом страшном чудовище. В годы войны у населения были заклеены все окна. Слышны были раскаты взрывов. Это бомбили завод 3,9, 5 в Электростали. Сюда доносился гул, а в Ивановском появились воронки от упавшего самолета. Положение тяжелое, но все понимали. Особенно тяжелым был 1941год. Горели дачные подмосковные поселки. В рощах, куда недавно москвичи выезжали на отдых, трещали пулеметы, слышались разрывы гранат. Враг подходил к Москве. Из нашей деревни ушли на фронт 60 мужчин и женщин. Уходили семьями — пятеро братьев Широковых — Федор, Сергей, Арсений, Николай, Иван. Двое из них не вернулись домой. Еще одна семья Широковых — четыре брата — Константин, Алексей, Виктор, Петр; Строгоновы, Горячевы, Коноваловы — все уходили защищать Родину. В 1943 году добровольцами уходят на фронт наши девушки – Тройнова Клава, Молчанова Люба, сестры Горячевы. Немногим из них суждено было вернуться к своим семьям. Но в каждой семье сохранились, пожелтевшие от времени фотографии, где каждая черточка, каждая родинка до боли родная им. И со страниц этого старенького альбома смотрят лица сыновей, отцов, дедов, которым не довелось увидеть своих детей, внуков. В нашем селе стоит обелиск, погибшим в годы войны. Среди высеченных на холодном камне имен, покоится имя Тройновой Клавдии Федоровны. Это первая девушка в нашей деревне Макарово, которая имела среднее образование. Она закончила медицинское училище и работала фельдшером. Молодая, красивая, хорошо пела, играла на гитаре, казалось бы, живи да радуйся. Но страшная война разрушила все мечты. С первых дней войны ее призвали в армию. В военной форме она приехала попрощаться с родителями. В автобус, который увозил их, подходили мужчины из Боково, Якушово, Ивановского. Последней в автобус со словами, обращенными к матери, входила Клава. «Мама, не плачь! Все будет хорошо. Я вернусь!» Но ее словам не суждено было сбыться. Первое и единственное письмо пришло из-под Вязьмы. Она писала, что работает в госпитале операционной сестрой. Госпиталь находится в лесу. Просила: «Не надо беспокоиться. Все будет хорошо!» Через некоторое время в нашей районной газете мы прочитали сообщение — немцы зверски расправились с ранеными солдатами, медперсонал был убит, а госпиталь сожжен. После войны на запрос родственники Клавы получили ответ: 217 стрелковый полк, в котором находилась Клава, был полностью уничтожен. В годы войны фронт и тыл были едины, и называли — Трудовой фронт. На фабриках и заводах не хватало рабочих рук. Наши подростки – А. Коновалов, В.Строгонов, З. Пудова были направлены на военный завод в Электросталь. Молодежь – Тройнова Анастасия, Ермакова Анастасия, Широкова Раиса работали на заготовке дров. Они пилили лес, сваживали его. На человека норма была четыре кубометра. Жили в неотапливаемых помещениях, негде было посушиться и помыться. Под Серпуховым на оборонительных сооружениях работали Капустина Клавдия, Картафенкова Анна, Нестерова Мария. Они рыли траншеи, рвы. Это была осень. Немецкие самолеты хозяйничали в воздухе. Анна Картафенкова рассказывала, что во время работ над ними часто летали фашистские самолеты на бреющем полете, очень низко. Однажды раздалась команда: «Ложись!» Соседка Анны растерялась и осталась стоять. Мгновение. И, когда Аня подняла голову … рядом лежала отсеченная голова соседки. Не каждая женщина выдержит такое: Аня попала в больницу. Стране, фронту нужен был хлеб, картофель, овощи. В деревне остались одни старики, женщины да дети. Все работы в основном выполняли женщины. Они пахали, сеяли, косили. С 1942 года в колхозе работала бригадиром Капустина Клавдия, а в Якушово – Широкова Рая. В колхозе остались четыре лошади и один бык. Мальчишки, которым было по 10-11лет, Завьялов Леонид, Карпов Владимир, Тройнов Виктор и женщины, Широкова Мария, Тройнова Елизавета, Завьялова Мария, Мельникова Вера — работали на лошадях. Они вспахивали всю землю, сеяли, убирали урожай, заготавливали корма. Огромная тяжесть легла на женские руки. Любовь Александровна Муравьева рассказывала, что председатель колхоза послал ее сопровождающей машины. Нужно было сдать картофель. Приехали поздно в город. Разгружать некому. Пришлось самой женщине разгрузить 50 мешков картофеля. А как работали на огороде, в поле? Целыми семьями, всех детей выводили на работу.
Каждое утро мы вставали в шеренгу полтора, два километра полосочками, и пололи овес, картофель. Не оставляли ни одной травинки на поле (поля были там, где сейчас Малинки). Всю войну бессменно на ферме проработала Сорокина Александра Васильевна. Чтобы приблизить час Победы — каждый человек, где бы он не работал, делал возможное и невозможное. Люди отдавали свои сбережения на постройку танков, самолетов. Посылали посылки с теплыми вещами на фронт. Напряженный труд в тылу и на полях сражения, тяжелые испытания и страдания – все это пришлось пережить людям. Как бы тяжело не было – никто не жаловался. Всю войну в деревне работал клуб. Мы ходили по выходным на танцы. Часто собирались в школе. Дуня Строгонова, Катя Широкова, Горячевы Нюра и Саша — завсегдатаи всех посиделок. Делали фитилек, лампы не было, играли в лото, карты. Любили отмечать праздники, особенно Новый год. Колхоз выделял на праздник 5 килограммов муки, 2 ведра картошки. Подарком для детей были растаптушки. Их делали из ржаной муки, яиц, соды. Получались красивые, как пряники. Все детки были дружными. Речка разливалась в половодье, так мальчишки на плотах плыли до Бокова за друзьями. В 1943году пришел с войны Иван Горячев. Заиграла жизнь деревенская новыми красками — танцы на мосту под гармошку. Война подходила к концу. Стали возвращаться с войны домой мужчины. Женихи вроде бы появились в деревнях. Замуж молодежь стала выходить. За шофера, тракториста выйти замуж тогда было почетно. Тут и я нашла своего суженого в 1947году. Поженились мы, сыграли свадьбу. Подарков особо не было. Крестный Андрея, Иван Семенович Завьялов, принес в подарок буханку черного хлеба. На рынке буханка стоила двести рублей. По карточке четыреста граммов давали на человека. За хлебом в Черноголовку ездил подросток Виктор Строгонов. Вставал в четыре часа, запрягал лошадь и привозил хлеб. В деревне никто так бедно не жил, как учителя. Но мы не унывали, ходили за грибами, ягодами – тогда их было много в лесу. Масляток было хоть пруд пруди. Собирали бруснику, сушили, заготавливали много всего. Жить надо, и жизнь понемногу налаживалась. В 1948 году родился у нас сын Женя. В 1953 году появился Миша. Мы наняли няньку бабушку Матрену сидеть с детьми. У нее была корова. Так мы перекупили эту коровку за сто семьдесят рублей у нашей няни. Купили поросят. Черноголовский колхоз «Победа» выделил нам шесть соток земли под постройку. Стали строиться потихоньку. Денег-то особенно не было. На зарплату не разгуляешься. Муж тогда получал двести рублей, я – сто три рубля. Материал для постройки мы выписали в колхозе, а строителей наняли, да и муж был работяга. Все умел делать: где-то присмотрит за строителями, а где-то и сам сделает. В1961году мы переехали в этот дом, где и живу я сейчас. С детьми стала помогать свекровь Анна Степановна. Много сделала она для мальчишек. Жизнь вошла в нормальное русло. До пятидесяти лет я жила нормально. Муж помогал и на огороде, и стройка его, а я по дому хозяйничала – белила, клеила, готовила, убирала. В общем, простая, справедливая, как говорили в деревне, правильная деревенская женщина. Дети подросли. Вся надежда была на Женю. Он поступил, учился и закончил Ломоносовский технический институт. Приехал в Черноголовку по окончании учебы. Стал работать на заводе. Его уважали. Авторитет. Женился. А в 1974 году умирает муж — беда пришла в дом. Промелькнула жизнь моя, а я и не заметила, как мгновение. Много было переживаний, а больше, наверное, радостей. Ученики меня не забывают. Навещают. Любимых учеников не было. Все одинаково любимые были. Сорок четыре года проработала я в школе. Выпусков моих много. Общий стаж работы – пятьдесят лет. Наград у меня не счесть. В 1954 году получила медаль «За трудовое отличие». Вручали в Кремле. Я – Ветеран Труда. Награждена медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне1941-1945года». Есть медаль «В память 800-летия Москвы», юбилейные медали «30лет Победы», «40лет Победы», «50 лет Победы». Часто сижу я в кресле, и вспоминается вся моя жизнь. А это – школа. Она мне частенько снится. Мне кажется, начни жизнь заново, я вернусь опять в школу.

Н.А.Строгонова.

 

 

 

Автор статьи: Т.З. Напылова

От автора: В 20013году Нина Александровна отметила свое 90-летие. Великолепный праздник. Она опять в школе, на самом почетном месте. Зал полон гостей – ученики, администрация, нынешние учителя, простые люди — все пришли поздравить заслуженную учительницу. С особой трепетностью и нежностью относятся к Нине Александровне ее ученики: Сорокина Татьяна Евгеньевна, Антонова Светлана Михайловна, Табачук Лариса Константиновна. Это они, ее ученики, коллеги, решили остановить время, вернуть свою первую учительницу в школу, устроить ей праздник. Как замечательно, что она была в их жизни! Ее ученики – УЧИТЕЛЯ! Много добрых, красивых слов услышала Нина Александровна не только в тот юбилейный год, но и по сей день слова любви и благодарности звучат в ее адрес от других ее учеников, В.А.Строгонова, Ю.Е.Голомазовой. Они говорят об учителе, как о святом, уважительно, гордо. Ирина Петровна Чемоданова, много лет проработавшая вместе с Ниной Александровной, говорит так: «Какой учитель, такие и ученики. Старательная, трудолюбивая, обладает чувством юмора, особенно по отношению к самой себе, никогда не переходит границы дозволенности. Она, как будто дворянского происхождения, такая величавая, но никогда не считала себя лучше других. Очень мудрая женщина. Все расставит на свои места. А еще — пироги у нее — самые лучшие!» А ее лучшая и единственная подруга, Анастасия Дмитриевна Тройнова, с радостью рассказала, что недавно встретились с Ниной Александровной. Встречи теперь проходят не так часто, как хотелось бы, но сыновья Анастасии Дмитриевны стараются порадовать обеих женщин, вот Владимир и привез Нину Александровну к подруге. Радость, разговоры, ностальгия по прошлому заполнила в этот день весь дом Анастасии Дмитриевны. Вспомнили, казалось бы, все, но разве возможно переворошить всю жизнь за один такой короткий день? «Смеялись, плакали, дружили, были, как сестры, а, может даже роднее. Горе и радость, веселье и всю жизнь делили пополам, не завидуя, не жалея, а молча, потихоньку любя!» — вспоминает Анастасия Дмитриевна. Какая же насыщенная событиями, жизнь у этой женщины! Слова, цветы, поздравительные открытки от президента…
А, если бы вы знали, дорогая Нина Александровна, как мы все гордимся Вами!

Tags: , ,